Николай Петрович родился 17 января 1820 года в Ярославле в семье Петра Матвеевича Пастухова (14 ноября 1783 года — 7 октября 1845 года) его жены Александры Михайловны (1795 – 1886 ), урожденной Баловой. Юрий Деконский в «Родословной Пастуховых», опубликованной в книге «В потомственное дворянское достоинство возведен», пишет о ней как о старообрядке, но историк Нина Обнорская подвергает этот факт сомнению: перед смертью Александру Михайловну Пастухову исповедовал протоиерей ярославского кафедрального Успенского собора, а отпевали ее в церкви в Коровниках.

Семья Петра и Александры Пастуховых была многодетной, но из 13 детей (возможно, были еще) пережили детский возраст только семеро.

• Михаил (11.05.1811 – 27.07.1811),
• Павел (6.10.1812 – 24.07.1813),
• Ироида (14.02.1814 – 15.04.1815),
• Николай (22.11.1815 – 26.08.1816, оспа),
• Надежда (10.08.1817 – 1834),
• Николай (19.01.1820 – 5.12.1909),
• Евпраксия (2.07.1821 – 27.01.1830, корь),
• Алексей (6.03.1823 – 11.06.1823),
• Наталья (31.07.1824 – кон. XIX в.),
• Павел (22.06.1827 – 27.06.1860, чахотка),
• Вера (21.06.1829 – 20.09.1869, от родов),
• Матвей (5.05.1832 – до 1850),
• Елизавета (24.01.1835 – 20.04.1909).

Детство Николая проходило, скорее всего, в доме на Даниловской улице, (сегодня это дом №1 по улице Пушкина, где поликлиника), который был куплен в 1820-ые годы богатеющими купцами Пастуховыми у мещан Войлошниковых. После смерти Матвея Матвеевича дом достался его сыновьям — Петру и Александру Матвеевичам. Во второй половине XIX века, когда семьи братьев начали расти, рядом был построен еще двухэтажный дом, между домами были ворота к проезду во двор. С 1874 года дом принадлежал старшему сыну Николая Петровича — Леониду Николаевичу и его семье, и очень подробно описан его вдовой Анной Васильевной Пастуховой, правда, уже в эмиграции, для внуков Маши и Павла, родившихся в изгнании.

В 1847 году Пастуховы приобрели особняк напротив, Даниловская, 8, и улицу, на которой рос и мужал будущий «железный король России», ярославцы иначе как Пастуховский переулок и не называли.

Николай Петрович получил домашнее образование: в то время в купеческих семьях не было принято учить в детей в образовательных учреждениях. Считалось, вполне достаточно уметь считать и читать. Это уже внуки Николая Петровича воспитывались с гувернантками и бонами, а потом учились в лучших университетах России. А 12-летний Николай Пастухов, как и его сверстники из купеческих семей, начал трудовой путь в торговых лавках отца и деда, изучал торговые операции в семейных конторах, исполняя различные коммерческие поручения. Но всю жизнь Николай Петрович серьезно занимался самообразованием, вероятно, ощущая недостаток знаний, полученных в детстве, и стал одним из самых образованных людей своего времени в Ярославле. Пастухов был большим любителем литературы и театрального искусства, и его домашняя библиотека постоянно пополнялась большим количеством книг и журналов литературных, исторических и театральных. Пастухов всегда очень много читал, и, благодаря любви к книге, прекрасно знал русскую литературу. Он много путешествовал, надо полагать, по делам бизнеса, прежде всего, и его суждения о труде, образовании и политике поражали глубиной мышления, реализмом и меткостью. До глубокой старости Николай Петрович ежедневно прочитывал от двух до восьми газет.

Ярославский англичанин

Еще при жизни отца Николай был послан в Англию для ознакомления с английской металлургической промышленностью. Любовь к Англии, ее порядкам Пастухов пронес через всю жизнь. Англичан Пастухов считал по-настоящему деловыми людьми, всегда интересовался английскими новшествами и британскими техническими новинками. И не просто интересовался: как человек прогрессивных взглядов, он без страха внедрял эти нововведения на своих металлургических заводах.

По-английски Пастухов старался организовывать и свой быт: у него в доме были лакеи, камердинеры, а главное, строгий распорядок дня. Этот образ жизни унаследовал и старший сын Николая Петровича — Леонид: во всем и всегда любил точность.

Внешне Николай Петрович тоже стремился походить на англичанина: одевался в черный сюртук, и всегда носил цилиндр: моде, привезенной из Англии, он оставался верен всю жизнь. Николай Петрович был среднего роста, всегда брил усы и бороду, и ничего удивительного в том, что Пастухов получил, прозвище «ярославский англичанин», которое за ним и закрепилось.

Николаю было 25 лет, когда умер его отец, Петр Матвеевич. Именно Петру как старшему из сыновей, а не Александру, принадлежала большая часть в пастуховском деле. Николай был старшим сыном Петра, и по сложившейся традиции именно он и унаследовал большую часть в деле после смерти отца. А состояние отец оставил огромное. Но Николай далеко не сразу стал хозяином: дела он вел исключительно с дядей Александром Матвеевичем, у которого он учился и бизнесу, и участию в городском общественном управлении, и благотворительности. Несмотря на то, что Николаю Петровичу принадлежала большая часть в деле, он должен был во всем слушаться своего дядю, разговаривать с дядей полагалось исключительно стоя. Также Николай Петрович должен был советоваться по всем вопросам с матерью.

Семья

Едва Николаю Петровичу исполнилось 25 лет, он женился. Браки, конечно, совершаются на небесах, но в купеческих семьях выбор второй половинки — это не просто залог сохранения капитала, это залог успешного или, наоборот, не успешного, продолжения семейного дела. Пастуховы, начиная с тех, кто закладывал первый семейный капитал еще в середине 18 века, а это Петр и Матвей Петрович, отличались исключительным умением находить выгодные партии для своих детей.

Николаю Петровичу повезло, быть может, даже больше других Пастуховых. Его избранницей стала 18-летняя Фелицата, дочь ивановского текстильного фабриканта Никона Мефодиевича Гарелина. Гарелины происходили из крепостных крестьян князя Черкасского, уже в начале XVIII века торговавших тканями, а в 1751 году открывших полотняную мануфактуру. В начале Х1Х века это предприятие было третьим по величине в селе Иванове (будущем Иваново-Вознесенске). Но выкупились на волю промышленники только в 1827 году за 25 тысяч рублей. В этот период во главе предприятия стояли Никон Мефодиевич (1800 – 1857) и его брат Петр. Мать Фелицаты Никоновны Александра Егоровна Борисова происходила также из рода ивановских текстильщиков.

14 февраля 1845 года в Ярославле в церкви Святого Власия состоялось венчание и свадьба Николая Петровича и Фелицаты Никоновны.

Вместе они прожили долгую и, надо полагать, счастливую жизнь, хотя, наверняка и не без горестей, к которым отностся, прежде всего, смерть детей: даже в таких состоятельных семьях как у Пастуховых, в прошлые века детская смертность была очень высокой.

Всего у Пастуховых было 16 детей.

Александра (1846 – 1920), замужем за статским советником, доктором медицины, санитарным врачом Васильеостровской части Санкт-Петербурга Владимиром Николаевичем Канаевым (ум. 1912 г). Проживали на Среднем проспекте Васильевского острова в Санкт-Петербурге.

Леонид (9.04.1848 – 24.04.1915), 23 сентября 1874 года был повенчан в Златоустокоровницкой церкви города Ярославля с Анной Васильевной Поздеевой, дочерью хорунжего из гор.Новочеркасска Области Войска Донского.

Анна (5.01.1850 – 16.03.1905), замужем не была, проживала при родителях.

Надежда (ок.1852 – после 1918), 3.11.1876 была обвенчана с Семеном Яковлевичем Лопатиным (1845 – 1911).

Их сын Владимир Семенович, талантливый математик и инженер, во время ярославского мятежа в июле 1918 года после уговоров Перхурова, с которым был знаком по московскому университету, согласился взять на себя обязанности городского головы, чтобы спасти гражданское население. После подавления восстания был задержан и расстрелян.

София (ок.1853 – после 1907), замужем за Н.П. Павловым.

Екатерина (ок.1854 – после 1907), замужем за московским купцом Николаем Ивановичем Боткиным.

Петр (ок.1856 – 1.02.1860, скарлатина).

Сергей (21.01.1858 – ум. в младенчестве).

Владимир (10.07.1859 – 13.11.1864).

Варвара (3.11.1860 – после 1907), замужем не была, проживала при родителях. В завещании Н.П. Пастухова она названа «болезненной», и попечение над ней возлагалось на его сыновей.

Петр (25.11.1861 – 17.05.1905), женат на дочери начальника местной ярославской бригады генерал-лейтенанта (свед. на 1890 год) Григория Никаноровича Курлова Екатерине.

Глафира (19.01.1864 – после 1907), замужем за штаб-офицером Генштаба при управлении 18-й местной ярославской бригады подполковником, потом полковником Александром Александровичем Реми.

Алексей (род. 6.03.1865).

Сергей (род. 21.06.1866).

Николай (род.22.01.1868), в ноябре 1919 года был задержан Ярославской ЧК «как не имеющий определенных занятий и как буржуй» и направлен в ярославский эксплуатационный полк, где, по сведениям Ю.Деконского, скончался.

Лидия (27.10.1870 -1951, Бразилия, Сан-Пауло)

В 1895 году Пастуховы отметили золотую свадьбу, и это событие не осталось незамеченным широкой общественностью, а газета «Ярославские губернские вести» 7 февраля 1895 года поместила очень добрый очерк о Николае Петровиче, который начинался так: «Видный общественный деятель Николай Петрович Пастухов и его супруга Фелицата Никоновна празднуют золотую свадьбу — обвенчаны 14 февраля 1845 года».

Без сомнения, Николай Петрович был хорошим семьянином, хотя мы нигде и не найдем и намека на проявление чувств к жене или детям: не принято это было в купеческой среде, да и Пастухову, как человеку дела, сентиментальность, вероятно, была чужда. Но с какой любовью он устраивал быт семьи, перестраивал дома и усадьбы, строил дачу и составлял завещание, прописывая возможные варианты будущего каждого из своих детей и внуков.

Дача на Волге

В 1885 Пастухова купил на Волге большое имение, чтобы построить здесь дачу. Были возведены два дома — теремка с флигелями, конюшни и построена красивая деревянная трехуровневая лестница к Волге — 245 ступеней! И на каждом уровне лестницы — беседки: верхняя, средняя и нижняя. Там же был разбит фруктовый сад, сосновая роща, березовая роща и липовые аллеи. В мини-оранжере насчитывалось более 60 видов деревьев, не произраставших на европейской территории России: пробковое дерево, голубые ели, маньчжурский орех и другие. На даче любили отдыхать не только дети, но внуки Николая Петровича. По завещанию, дача досталась старшему сыну Леониду, и его младшая дочка Леночка, любила проводить лето на даче в Михайловском больше чем в Ялте или Ницце.

Единоличный собственник дела

В 1864 году Александр Матвеевич и Николай Петрович учредили торговый дом «А. и Н. Пастуховы», причем, инициатором выступил именно племянник, Николай. Еще в 1860 году Александр Матвеевич составил завещание, в котором изъявлял желание, чтобы сыновья его Иван, Николай и Дмитрий работали вместе с племянником Николаем Петровичем. В ноябре 1864 года Александр Матвеевич умирает, а торговый дом продолжал успешно действовать до 1876 году, пока не произошел раздел между Николаем и его двоюродными братьями Иваном, Николаем и Дмитрием.

ГАЯО Фонд 151. Опись 2. Дело 36941

Дело о вводе почетных граждан Ивана, Николая и Дмитрия Пастуховых во владение имением, доставшимся по завещанию Александра Матвеевича Пастухова

Во имя Святых живоначальных Троицы Отца и Сына и Святого Духа аминь.

Я, раб Божий, Александр Матвеевич Пастухов, Потомственный Почетный Гражданин коммерции Советник и Кавалер, ярославский 1-й гильдии купец, будучи в добром здоровье, здравом уме и твердой памяти, заблаговременно, для спокойствия любезнейшего моего семейства: жены Елены Яковлевны и детей моих Ивана, Николая и Дмитрия Александровичей Пастуховых, сделано настоящим завещанием нижеследующее распоряжение:

1. Над всем принадлежащим на часть мою нераздельным с родным племянником моим Николаем Петровичем Пастуховым родовым и благоприобретенным недвижимым и движимым имением и денежным капиталом, в чем бы таковые по день моей кончины не состояли. А также Инадызорской дачи, состоящей в Оренбургской губернии Верхнеуральском уезде в Катийской волости купленную мною в общем с Генерал-майором Павлом Петровичем Ушаковым. Душеприказчиком назначаю родного моего племянника Ярославского купца Павла Ивановича Кузнецова, и убедительно его прошу по кончине моей не допускать местное Начальство ни к описи, ни к обсчитанию всего принадлежащего мне всякого имения и денежных капиталов, состоящих в наличности товарах и домах на разных лицах по торговле моей, как выше упомянуто с племянником моим, принял все мне принадлежащее в безотчетное свое управление, продолжать общую торговлю безостановочно на том основании и в том порядке, как при жизни моей учреждено, столько времени, сколько ему душеприказчику угодно, и им будет признано полезным. Если по предложению моему я открою с племянником моим Николаем Петровичем Пастуховым торговый дом в образе полного товарищества, то преемником моим для распоряжения торговыми делами допустить старшего моего сына Ивана, не изменяя ни в чем дел фирмы.
2. Если же племянник мой Николай Петрович Пастухов или совершеннолетние наследники по мне — жена и сын Иван — не пожелают после моей кончины продолжить вместе торговлю, то в разделе общего имения и капитала с ним, племянником моим Николаем, поступить по точной силе того договора, который будет между нами существовать.
3. Сыновей моих Ивана, Николая и Дмитрия, хотя я не обязываю, но как отец желаю им добра, советую им в случае раздела с племянником моим, а их двоюродным братом Николаем Петровичем Пастуховым, продолжить торговлю вместе, а пожелают сделать раздел между собою всеми, то сие предоставляю воле душеприказчика Павла Ивановича Кузнецова, жены моей Елены Яковлевны и старшего моего сына Ивана, честно миролюбно и тем почтить память и утешить душу горячо любившего их отца.
4. Хотя три дочери мои Любовь, жена Мануфактур-Советника Рукавишникова; Марья, жена ярославского купеческого брата Крохоняткина и Глафира, жена ярославского 2-й гильдии купца Лопатина, при выдаче их в замужество получили от меня достаточное награждение из моего состояния, но, желая из любви к ним наградить их еще, назначаю каждой из них по двадцать пять тысяч рублей серебром, кроме Марьи. Если при жизни моей покупаемый мною ей дом я отстрою, то выдать ей уж только четырнадцать тысяч рублей серебром, в течение трех лет. В случае кончины моей, я завещаю детям моим заплатить за этот дом и отстроить оный, упортребив на это одиннадцать тысяч рублей серебром. Если по какому-либо случаю, покупка этого дома не совершится, то купить другой за одиннадцать тысяч рублей серебром.
5. Из всего моего приобретенного капитала и имущества супруге моей Елене Яковлевне, за ее нелицемерную любовь и о детях моих попечение, выдать в течение восьми лет всего восемьдесят тысяч рублей серебром.
6. Выдачу назначаемых мною сумм дочерям Любови и Глафире произвести в течение пяти лет, а будет можно, и прежде. Что предоставляю на усмотрение душеприказчика и старшего сына, но всем без процентов. С тем, что если жена моя и дочери мои не будут требовать себе законных частей из моего имения сверх назначенных им сумм по сему завещанию, а оставят оное в пользу моих сыновей; в противном же случае назначенного награждения не выдавать.
7. Тело мое придать земле на общем кладбище возле покойной жены моей Надежды Дмитриевны. На погребение и поминовение по душе моей, также на раздачу бедным и в Храмы Божии употребить пятнадцать тысяч рублей серебром. Сверх сего завещаю сыновьям моим, чтобы они при своем доме или, где найдут удобным, выстроили особый приличный дом для принятия странных и содержали оных на своем иждивении. Что и предоставляю в полном их распоряжении.
8. Если кончина моя приключится прежде достижения совершеннолетия младших моих сыновей, то опеки над ними и имением их не учреждать, потому что я вполне доверяю участь их безотчетному распоряжению душеприказчика жены моей и старшего моего сына Ивана.
9. Завещание сие из поименованных в оном лиц ни под каким видом не оспаривать. Более назначенного не требовать и нигде не просить в присутственных местах, подвергая себя через это лишению завещанного.
   Я же предоставляю себе право при жизни моей изменить, дополнить или вообще уничтожить сие завещание другим моим завещанием, как я признаю нужным.
   Сие завещание сам сочинял и переписывал Потомственный Почетный Гражданин Коммерции Советник и Кавалер Ярославский 1-й гильдии купец Александр Матвеевич Пастухов.

Санкт-Петербург. 1860 года. 11 октября.

Сыновья Александра Матвеевича получают свою часть деньгами и недвижимостью. Николай и Дмитрий Александровичи Пастуховы уезжают из Ярославля в Петербург, где становятся одними из учредителей Волжско-Камского банка, Иван Александрович до 80-х годов XIX века остается ярославским купцом. В 1885 году Николай Петрович приобретает доли братьев в Вятских заводах, в а 1892 году, как уже было сказано, выкупает и Сулинский завод у Дмитрия Александровича Пастухова. Таким образом, Николай Петрович становится единственным владельцем всех пяти семейных металлургических заводов с миллионными оборотами и наследственной торговли железом. История и деятельность Пастуховских заводов описана в разных источниках, в том числе, и в трилогии о Н.П. Пастухове.

В Вятскую группу заводов входили:
Кирсинский железоделательный завод, основан в 1729 году, Омутнинский чугуноплавильный и железоделательный завод, основан в 1779 году, Пудемский железоделательный завод, основан в 1759 году, Песковский чугуноплавильный завод, основанный в 1771 году и при нем Петропавловский железоделательный завод, основанный позднее, в 1814 году.

При Вятских заводах было около 300.000 десятин, из которых 100.000 десятин посессионных и около 200.000 десятин собственной земли. Общее число рабочих на Вятских заводах к концу 1880-х годов достигало 15 тысяч человек.

Пастуховские заводы располагали водяной силой, руда добывалась на месте, выплавка железа производилась на древесном угле. Железо выплавляемое на древесном угле, было особо хорошего качества, не уступавшее шведскому. Однажды на реке Каме затонула баржа, груженная кровельным железом с этих заводов. Когда, год спустя баржу подняли, оказалось, что листы железа почти не тронуты ржавчиной. Железо было послано на Всероссийскую выставку 1896 года и Вятские заводы получили в награду право выбивать на клейме государственный герб.

Пастухов стремился приглашать лучших специалистов на свои предприятия, так что в целом инженерный состав на заводах был сильным. Заводы успешно развивались, доходы Пастуховых росли: к началу ХХ века его состояние оценивалось в 24 млн. рублей. Очень важный момент: по мере того, как росло финансовое благополучие Пастуховых, росла и благотворительная деятельность Пастуховых. На заводах строились больницы, школы и церкви. Все коренные рабочие на Вятских заводах получали свои лесные наделы, пашни, покосы и огороды. Престарелым и потерявшим трудоспособность выплачивалась пенсия.

Деятельность Сулинского завода, расположенного на земле Войска Донского, изучена больше, чем Вятских заводов.

И при Николае Петровиче Пастухове Сулинский завод оставался единственным заводом в России и даже в Европе, выплавляющим чугун на антраците, такая выплавка существовала лишь в Америке. Директором Сулинского завода был немец К.И. Кингель, доменным производством заведовал тоже немецкий техник, только в лаборатории завода работали три русских техника. С одной стороны, техническое нововведение Дмитрия Александровича Пастухова являлось, должно быть, семейной гордостью: из поколения в поколение передавался рассказ о том, как во время поездки по югу России Александр II осмотрел Сулинский завод, остался очень доволен, обнял и поцеловал молодого предпринимателя Дмитрия Пастухова. С другой стороны, хотя с 1892 года Сулинский и начал увеличивать объемы производства, он оставался глубоко убыточным: от времени покупки до смерти Николая Петровича Пастухова Сулинский завод дал около пяти миллионов убытка. Правда, от смены владельца выиграли рабочие Сулинского завода: при Николае Петровиче для них начали строить жилье.

Гласный Ярославской Городской думы

К началу ХХ века Николай Петрович Пастухов был самым богатым среди ярославских купцов: четыре завода в Вятской губернии с землями и лесами, завод в области Войска Донского, дома, магазины, склады в Ярославле, Москве, Петербурге, Нижнем Новгороде. По мере того как росло благосостояние Пастухова, шире и многообразнее становилась его благотворительная деятельность. Николай Петрович много жертвовал на различные благотворительные цели: на устройство сиротского отделения для постоянно живущих питомцев Ярославского Ольгинского детского приюта, на учреждение Дома Трудолюбия, на его средства была построена амбулатория при лечебнице Ярославского Общества врачей. Он состоял членом Общества для пособия нуждающимся переселенцам, попечителем Александровского дома призрения для мальчиков-сирот, почетным членом Губернского попечительства детских приютов, членом-благотворителем ярославского комитета Попечительства Императрицы Марии Александровны о слепых.
Следуя заветам своих предков, и прежде всего дяди Александра Матвеевича, Николай Петрович принимает активное участие и общественной жизни Ярославля. Общественную карьеру Пастухов начал со службы Совестным судьей в совестном суде в 1851 году, куда был избран на трехлетие, до 1853 года.

С 1851 по 1865 год состоял экономом в учрежденной им совместно с дядей Александром Матвеевичем и братом Павлом Петровичем богадельне для призрения престарелых и увечных людей, преимущественно из мещанского сословия, обоего пола. Рассчитанная на 52 человека, содержалась богадельня исключительно на деньги Пастуховых и в народе называлась Пастуховской. В 1865 году Пастухов вступил в должность Попечителя богадельни, и оставался в этой должности до конца своей жизни. Несмотря на свой обширный бизнес, Пастухов никогда не оставлял богадельню без внимания. Только на ее ремонт и расширение он потратил 20 тыс. рублей.

Кроме того, в 1889 году Пастуховым было пожертвовано на устройство дома Трудолюбия в Ярославле 10 000 рублей и в 1890 году внесено в Общество для пособия нуждающимся переселенцам 1 000 рублей.

Ярославским Уездным Земским собранием Николай Петрович Пастухов четырежды избирался почетным мировым судьей по Ярославскому уезду: в 1867 году, в 1869 году, в 1872 году и в 1875 году — каждый раз на три года.

По избранию Ярославского купеческого общества состоял членом Попечительного Совета Ярославской женской гимназии с 1868 года по 1872 год.

В 1871 году Пастухов был избран в гласные Ярославской Городской Думы, и переизбирался в гласные думы в 1875, 1879, 1883, 1887, 1891 годах.

В общей сложности, Николай Петрович Пастухов состоял гласным Ярославской городской думы с 1871 по 1895 год.

Пастухов был Попечителем дома призрения для мальчиков-сирот, учрежденного в городе Ярославле в память Государя Императора Александра II в 1884 году, а «за содействие значительными денежными пожертвованиями на устройство сиротского отделения для постоянно живущих питомцев Ярославского Ольгинского детского приюта» был назначен Почетным Членом Ярославского Губернского Попечительства детских приютов.

В 1896 году Н.П. Пастухов пожертвовал средства на строительство амбулатории при лечебнице Общества врачей на Волжской набережной. При поддержке Пастухова было построено здание пожарного депо с каланчой на Сенной площади, ныне пл. Труда.

Благотворительная деятельность Пастухова не оставалась незамеченной обществом. В 1852 году за оказанное пожертвование на устройство богадельни Пастухов награжден золотой медалью с надписью «За усердие» для ношения на шее на Аннинской ленте. В 1880 году за особые труды и заслуги, оказанные Обществу Красного Креста, Пастухов награжден золотой медалью для ношения на Владимирской ленте. В 1891 году за оказанное пожертвование Пастухов был избран в Почетные Члены Общества для пособия нуждающимся переселенцам. За многочисленные пожертвования в 1892 году Пастухов был награжден орденом Святого Станислава 3-й степени, в 1898 году — орденом Святой Анны 3-й степени, в 1901 году — орденом Анны 2-й степени.

От благотворительности к меценатству

Самым крупным и значимым деянием Пастухова — благотворителя и мецената стало создание им на свои средства нижнего механико — технического училища и при нем ремесленной школы на 240 учащихся. Журнал «Ярославские зарницы» в 1900 году писал: «Вечный памятник по себе оставил Н.П. Пастухов основанием в Ярославле технического училища». За этот бесценный дар родному краю, как писали газеты начала ХХ века, в 1904 году Николай Петрович Пастухов вместе с детьми именным высочайшим указом, был возведен в потомственное дворянское Российской Империи достоинство.

За строительство училища и амбулатории, на которые Н.П.Пастухов израсходовал более 700 тыс. руб., в 1904 году ему было присвоено по решению Городской Думы звание почетного гражданина г.Ярославля. В ответном благодарственном письме Николай Петрович отмечал, что интересы родного нашего города для него «всегда были дороги».

Бесценный дар

В 1895 году Пастухов впервые публично объявил о своем замысле: «создать училище, имеющее целью, наряду с обучением столярному и слесарному производству, сообщать учащимся знания и умения, необходимые ближайшим и непосредственным руководителям труда». А с прошением, в котором заявлял о готовности открыть в Ярославле механико-техническое училище на свои средства, министру финансов России Пастухов обратился 27 ноября 1898 года. Деятельность училища достаточно подробно описана историком Николаем Дутовым в книге «В потомственное дворянское достоинство возведен»

Все расходы по строительству Пастухов брал на себя, кроме того, «обязывался выделить 100 тысяч рублей на процент, от которых осуществлять ремонт и содержать учебные помещения и мастерские». Бесплатное обучение в училище было одним из обязательных условий в прошении, а также сразу обговаривалось, что училище должно именоваться «имени Пастухова».

В марте 1898 года Пастуховым был приобретен участок в 2440 кв. саженей вдоль Духовской, ныне Республиканской улицы, где и началось строительство. Стоимость строительства составила 520 тысяч рублей.

Здание училища, украшенное классическими колоннами, оригинальными нишами, богатым декором и имеющее внешнее сходство с дворцом, стало явлением в ярославской архитектуре и очень часто изображалось на дореволюционных открытках с видами Ярославля. Николай Петрович предполагал со временем создать при училище зеленую аллею: по его предложению, каждый ученик должен был посадить рядом с училищем дерево и ухаживать за ним.

26 ноября 1900 года состоялось торжественное открытие училища, и на протяжении всех лет существования училища этот день оставался главным праздником и для преподавателей, и учащихся: начинался день с молебна, за которым следовал общий завтрак, а потом весь коллектив отправлялся в Волковский театр на специально заказанный утренний спектакль.

На оснащение училища средств не жалел

Создавая училище, Пастухов не жалел средств на его оснащение. И учебные здания, и мастерские, и вспомогательные помещения были оснащены по последнему слову техники. Особенно дорого стоило содержание электросетей: электричество поступало от собственной станции, что было большой редкостью. Отопление было паро-духовым, вентиляционным, не предусматривавшим батарей. Печи находились в подвальном помещении, а теплый воздух шел по трубам, вмонтированным в толщу стен. Благодаря этому достигалась ровная температура всего здания. Вода поступала из водопровода, проходившего неподалеку и пущенного в строй еще в 1883 году. В училище имелось комфортное жилье не только для преподавателей и сотрудников, но и для вспомогательного персонала.

Особое внимание уделялось обустройству классов и мастерских. В кабинете черчения имелись все необходимые таблицы, геометрические фигуры, гипсовые модели орнаментов, архитектурных ордеров. Чертежный инструмент закупался для каждого учащегося: линейки грушевого дерева, лекало из Парижа, транспортир медный посеребренный, масштабы пальмового дерева, центрики роговые, тушь китайская настоящая, циркуль делительный из Франции и т.д. Были выписаны цветные карандаши всемирно известной фирмы Фабера, краски акварельные из Англии, лучшая французская бумага, прозрачный коленкор английский, лучший сорт ватмана фирмы Брикман, уголь для рисования венецианский, хорьковые кисти.

В училище была собственная богатая коллекция минералов и горных пород из более чем 50 наименований. Для фото лаборатории были приобретены все необходимые принадлежности, включая, камеру, объектив, светофильтры и т.д. Имелись в училище и образцы всех мер и весов, как правило, из меди: аршин, фут, метр, сажень, литр, ведро, гири, русский разновес, метрический разновес, рычаг динамометрический, коллекция фигур для показа центра тяжести, коллекция моделей центра тяжести, водяной уровень, ватерпас, прибор для измерения давления, гидравлический пресс, сообщающиеся сосуды и т.д Для библиотеки училища было приобретено более 100 наименований различных технических руководств.

Самым современным было оборудование для мастерских: слесарной, столярной и кузницы. Слесарная мастерская состояла из трех просторных светлых комнат, пол был асфальтовый. Столярная мастерская располагалась в одной большой светлой комнате, пол деревянный. Кузница и литейная имели пол земляной. Во всех мастерских имелась кипяченная вода в баках.

Преподаватели и сотрудники училища должны были, по мысли Николая Петровича Пастухова, являть собой образец сочетания высокой квалификации и морально – этических качеств. Летом 1900 года на должность директора был утвержден Михаил Владимирович Ершов, отвечавший, по мысли учредителя, этим условиям. Директор сам комплектовал педагогический состав. Преподаватели и сотрудники имели возможность повышать свою квалификацию на «курсах высшей переподготовки», участвовать в традиционных съездах учителей по своей специальности.

Ученики

В первый год в училище было набрано 34 ученика, обучение длилось три года. В училище и школе обучались только юноши от 13 до 20 лет, но иногда и старше. Происходили они из семей крестьян, рабочих, служащих, ремесленников и торговцев. Уже на первых заседаниях педагогического совета подчеркивалось, что дисциплина в училище должна поддерживаться, во-первых, гуманным отношением к учащимся, «во-вторых, в строго осторожным выбором наказаний».

На первых заседаниях педагогического совета было принято решение – обсуждать поведение учащихся во время их нахождения не только в стенах училища, но и за его пределами.

Каждый ученик получал здесь подробную характеристику о своем поведении. Директор училища Михаил Владимирович Ершов ввел такую практику: с 16. 00 до 17. 00 он встречался с учащимися и их родителями.

В поддержании дисциплины принимали самое активное участие и сами учащиеся. Была установлена система дежурства учащихся, в соответствии которой все они в порядке алфавита выполнили эти обязанности: следили за чистотой и порядком, особенно во время перерывов, чтобы в помещениях учебных комнат (классов) и мастерских никто не оставался. В слесарной мастерской, например, дежурили по два ученика – один из технического училища, который выдавал инструменты, и обметал верстаки, а другой – из ремесленной школы (2 – 3 класс), который обметал верстаки своей школы. Они отвечали за чистоту в мастерской. Тот же порядок назначения дежурных был и в столярной мастерской. Они по заранее составленному графику приводили в порядок станки и машины и наблюдали за тем, как каждый из работающих учеников обметал верстак и прибирался около своего рабочего места.

В дореволюционной России очень важным было, с каким поведением выпускник заканчивает учебное заведение. На это влияло много причин, одной из которых было снижение текущей оценки по поведению в летнюю или зимнюю сессию. Причинами для этого могли быть упорное уклонение от занятий без объяснения причин или по неуважительной причине, желание сдать в училищных мастерских чужую вещь за свою при выполнении каких – либо практических заданий, за выдачу казенной собственности за свою. На оценку по поведению могло также повлиять неуместные шалости во время классных занятий, провокация или сами драки, «авторство» непристойных надписей, в ватер–клозете, вызывающее поведение перед учителями, непристойное поведение во время осмотра фабрик, заводов на учебных экскурсиях.

Но прежде чем выносить столь строгий вердикт, существовала своя «очередность» различных мер по предупреждению нарушений порядка или дисциплины в дальнейшем. Для начала ограничивались объяснением неблаговидности поступка со стороны ученика, и сопровождалось это внушением учителей или руководителя работ в мастерских. Если это не действовало, и нарушения повторялись, следовала замечание преподавателя. В случае дальнейших нарушений следует «уведомление родителей и приглашение их в училище для разъяснения и принятия соответствующих мер».

Большой проблемой в училище и школе было курение учащихся. В ходе заседания Педагогических Советов этот вопрос неоднократно поднимался, в результате чего было выработана система мер по ограничению курения для учащихся старших классов и запрещению курения в школе и первых классов училища. Сводилось это к следующим мероприятиям. В связи с тем, что учащиеся много курили, особенно во время перемен и при выходе в ватер-клозет из классов и мастерских, решили выпускать в клозет с 15.00 до 17.00 часов на 5 – 8 минут, запретить учащимся младших классов курение табака в училище и на улице, сократить курение учащихся третьего класса. Во время перемен преподаватели следили за тем, чтобы учащиеся находились не в клозете, а в коридорах. Поведение учащихся контролировалось и вне стен учебного заведения. Преподавателями и надзирателями (воспитателями) были выявлены места в городе, где наиболее часто совершали неблаговидные проступки «засвечивались» ученики школы и училища. Эти места озвучивались на заседаниях Совета училища: Казанский (современный Первомайский) бульвар, Волжская набережная и в ярмарочные дни с 5 по 25 марта на Ильинской (ныне — Советской) площади.

Среди учащихся, пользовавшихся железнодорожным транспортом для приезда в училище, одно время был распространен такой вид нарушения как бросание камней из открытой двери вагона по железнодорожным рабочим. Два ученика были задержаны поездной прислугой во время этого «действа», обсуждены на заседании Педагогического Совета, где им была снижена оценка по поведению до четырех баллов.

С большой заинтересованностью в судьбе учеников и попыткой войти в их положение преподаватели обсуждали их успеваемость. Прежде всего, тщательно изучались документы только что зачисленных в училище. При этом слабые знания объяснялись отсутствием иногда конкурса и слабой подготовкой поступающих в училище. Поступали в училище после окончания церковно-приходских школ, высших и низших начальных училищ, а вот выпускники городских училищ, где давали более основательное образование, шли в училище Пастухова сравнительно нечасто. Как правило, принимались решения о дополнительных занятиях с отстающими учениками в свободное время. Стремление помочь ученикам прослеживается и в решениях педагогического совета при обсуждении их успеваемости: «ученик (…)имеет плохие способности, но старается…». При индивидуальном подходе к ученикам, к успехам каждого ученика, иногда даже принимались решения, «что учеников менее сообразительных обучать вместо трех лет в течение четырех лет». На второй год оставляли по достаточно убедительным причинам.

В училище и школе обучались, в том числе, и иногородние учащиеся. Их количество колебалось от 1/3 до ½ всех обучающихся и всем им требовалось снимать квартиры. В дореволюционном Ярославле сложились свои традиции «рынка» ученических квартир, который предполагал «закрепление» необходимого количества квартир за каждым из учебных заведений, когда квартиры сдавались в наем в течении весьма продолжительного времени. Например, почти весь XIX и начало XX века в качестве одной из ученических «квартир» служили несколько комнат в доме купца Соболева (современный Торговый переулок), сдававшихся студентам Высших наук училища, а затем – Демидовского лицея… И у Пастуховского училища, и у школы были «свои» ученические квартиры, сдававшиеся в наем. Обычно их число колебалось от 15 до 20, где в комнате жило по 2- 3 ученика. Все эти сдаваемые в наем жилища находились под неусыпным контролем должностных лиц, начиная от директора, надзирателя (воспитателя), врача и т.д. Условия жизни, распорядок дня заранее оговаривался с владельцем жилья. Плата в месяц составляла в 1901 году 11 рублей 75 копеек в центре города. Проверяющие обычно отмечали, что «нет скандалов», как между училищной администрацией и владельцами жилья, так и между учащимися и владельцами

Во время обучения в школе или училище в материальном положении учащихся нередко происходили изменения, что могло быть вызвано или с тяжелой болезнью родителей, или смертью одного из них. Педагогический совет тщательно «отслеживал» семейное положение и изменение в материальном состоянии семей учащихся. В случаях, когда возникала необходимость, учащимся из средств, получаемых от реализации изделий, изготовленных самими учениками, а также из других источников, например, процентов с капитала, оставленного на содержание училища Н.П. Пастуховым, ежемесячно выделялось пособие, в размере от 3 – 5 рублей до 7 – 10 рублей. Особенно это касалось учащихся выпускных классов, а также особо одаренных учеников. Решения по этим вопросам выносились строго индивидуально.

Экзамены и распределение

В конце учебного года, в мае, в училище и школе проходили выпускные экзамены. Расписание вывешивалось обычно за 1,5 – 2 месяца, чтобы учащиеся могли заранее спланировать как готовиться к экзаменам, которые, как правило, начинались с закона божьего. Причем успеваемость всегда была стопроцентной, более того, само «качество знаний» было довольно высоким – преобладали оценки «4», «5». Сравнительно неплохими были оценки по арифметике и алгебре, геометрии — около 90% успеваемости. Но экзамены по физике, химии, механике вызывали у членов совета много вопросов, так как стабильно уровень знаний по ним был достаточно низким, успеваемость составляла 70-80 %. С помощью дополнительных занятий эти ученики «подтягивались» до нужного уровня.

Наиболее важным, если не главным, был экзамен по специальности. Подготовка к нему начиналась еще в сентябре, когда третий класс только приступал к занятиям в свой последний год обучения. Каждый из будущих выпускников получал практическое задание на изготовление какого-либо изделия в качестве выпускной работы по специальности. Иногда это были станки, например, сверлильный, быстроходный или круглые пилы по дереву с приводом и т.д. Конструировали свой станок учащиеся на основе собственных чертежей, а затем изготовляли детали и, наконец, собирали действующий станок. Обычно это поручалось 3-5 учащимся. И экзамен, поэтому, сводился к показу своего станка в действии и ответы на вопросы комиссии. Ее членами были преподаватели дисциплин во главе с директором, а также «гости» — специалисты ярославских фабрик и заводов, представители руководящих структур Министерства народного просвещен, губернии и т.д. Так, на экзамене по физике первого выпуска училища, который состоялся 22 мая 1903 года, присутствовал сам министр народного просвещения Т.Э. Зенгер. После экзамена министр осмотрел училище, мастерские и «выразил полное удовлетворение» увиденным и услышанным. В том же году училище посетил окружной (из Москвы) инспектор промышленных учебных заведений Н.Ф. Рудольф. Очень часто на экзаменах по специальным дисциплинам присутствовал старший фабричный инспектор Ярославской губернии Л.А.Кошлаков, начальник железнодорожных мастерских(современное ЯЭРЗ), директор Ярославской Большой мануфактуры А.Ф. Грязнов, директор Прохоровской мануфактуры из Москвы, и другие руководители крупных фабрик и заводов. Можно предположить, что именно здесь каждый из них отбирал для своего производства квалифицированных специалистов. Выпускники получали распределение на заводы Пастухова, Понизовкина, Локалова, Ярославскую Большую мануфактуру, главные железнодорожные мастерские и так далее, где они работали в качестве бригадиров железнодорожных мастерских, помощниками машиниста и машинистами, монтерами, телеграфистами, чертежниками, смотрителями на прядильных фабриках, машинистами паровых котлов, в мастерских Ярославского трамвая и т.д. При этом получали они, как правило, весьма достойную заработную плату. Все это свидетельствует об очень высокой квалификации выпускников училища, которое правомерно считалось одним из лучших в России.

Немаловажное значение для выпускников училища имел их официальный статус. Во многих случаях, кроме общепринятого документа — свидетельства о полученной квалификации, требовалось, особенно при приеме на работу в качестве администратора, руководителя, статус мастера. В июле 1908 года Государственный Совет и Государственная Дума Российской Империи приняли закон «О предоставлении ремесленным учебным заведениям права выдавать выпускникам учебных заведений звание мастеров и подмастерьев». В законе указывалось, что в случае особых успехов присваивать звание «мастера», а всем остальным – «подмастерья». Через три года практической деятельности «подмастерья» обязательно получали звание «мастера», что существенно увеличивало возможности их карьерного роста, потому имело очень большое значение и для повышения статуса и самого училища. На осенних заседаниях педагогического совета 1908 года этот вопрос активно обсуждался и получил свое разрешение в виде утверждения нового образца документа об окончании училища.

Врачебная помощь

В дореволюционной России каждое учебное заведение должно было иметь штатного врача. В соответствии со сложившийся практикой, на это место объявлялся конкурс, в котором, как правило, участвовало несколько кандидатов на эту должность, обычно врачей-терапевтов. Несмотря на скромное для врача жалование – 300 рублей в год «без стола и квартиры», желающих было достаточно много. В обязанности врача входил медицинский осмотр учащихся в начале и в конце учебного года. Важной составной частью его деятельности был надзор за санитарно-эпидемиологической обстановкой в классах, мастерских, а также на съемных квартирах у иногородних учеников.

Училищный врач оказывал и первую помощь при травмах, полученных в мастерских. Судя по отчетным документам, наиболее характерными обращениями учащихся к врачу были по поводу ссадин, ожогов (в литейной мастерской), болезни уха, горла, носа, желудочно-кишечного тракта, зрения, кожные заболевания.

Училищный врач принимал участие в заседаниях педагогического совета. Здесь им высказывались замечания, предложения по улучшению работы в мастерских, особенно уделялось внимание средствам защиты от травм. По предложению врача были приобретены защитные очки, оборудованы защитные сетки между станками и верстаками мастерских, улучшена вентиляция. Но его предложения и пожелания не всегда находили понимания коллег-преподавателей. Так, в ходе заседания педагогического совета 6 марта 1903 года училищный врач С.В. Кривошеин предложил устраивать получасовой перерыв после двух часов занятий в мастерских для «физических игр на свежем воздухе». Но оно было отклонено, а вместо этого было решено усилить мощность вентиляционной системы.

В начале 1902-1903 учебного года училищный врач активно участвовал в решении вопроса «об урегулировании труда учащихся и их правильного физического развития». В числе предложений попечителя московского учебного округа были: сокращение уроков до 50 минут, увеличение времени перемен между уроками с 5 минут до 10 после первого и второго уроками и до 15 минут после третьего урока. Начало занятий было отнесено к 8 часам утра, вместо 7 часов 45 минут как было раньше. В немалой степени это была заслуга врача, активно отстаивавшего данное предложение.

К сожалению, не все предложения врача, основанные в том числе и на рекомендациях попечителя московского учебного округа, были приняты и реализованы. Мотивацией для отказа в предоставлении горячей пищи ученикам было то, что подавляющее большинство учащихся являются ярославцами, и поэтому могут обедать дома во время 2-х часового перерыва, с 12 до 14 часов дня. Что же касается включения в расписание уроков физкультуры, отклонено оно было на том основании, что, во-первых, расписание было и так перегружено основными дисциплинами, в том числе работами в мастерских, а во-вторых, отсутствием помещений для проведения физкультурных занятий. Для санитарного просвещения учащихся были приобретены «стенные таблицы с описанием различных, в том числе заразных болезней». В училище и школе ввели санитарные листки (современная медицинская карта) на каждого из учащихся и готовился ежегодный отчет.

Для учащихся в течение дня постоянно был кипяток, а в кузнице и литейке – кипяченая холодная вода. Все желающие могли выпить горячего чая (кипятка) до занятий, а также во время обеда. Пищу принимали лишь ту, что приносили с собой в специальном помещении — столовой.

При активном участии врача была увеличена мощность электрического освещения, тем более, что училище имело свой, независимый от города источник электроэнергии. Была налажена регулярная, один раз в месяц, чистка отхожих ям от ватерклозетов с использованием водяного слива. Кстати, подобные «удобства» были далеко не во всех домах зажиточных ярославцев.

Библиотека фундаментальная, ученическая и учебных пособий

В дореволюционной России существовали различного типа библиотеки: ведомственные, клубные, учебных заведений и публичные (общественные). Для последней категории было характерно то, что зачастую в них существовали абонементы, как правило, платные, для чтения периодических изданий, журналов. Действовала эта система по принципу: чем «свежее» был номер журнала, тем абонемент стоил дороже. Для интеллигенции, особенно постоянных читателей профессиональных изданий, очень важно было получать «свои» журналы как можно раньше, с тем, чтобы быть в курсе последних новостей в своей профессии. Поэтому неудивительно, что уже на одном из первых педагогических советов училища 11ноября 1900 года была составлена смета с перечнем необходимых для училища журналов. Уже сам перечень предполагаемой подписки на 1901 года свидетельствует не только о высоком профессиональном уровне преподавателей и сотрудников, но и их разносторонних интересах и увлечениях. Среди профессиональных журналов можно отметить такие как «Техническое образование», «Вестник воспитания», «Фотограф любитель», «Практик-монтер», «Ремесленная газета», «Техническая библиография», «Журнал художественной промышленности», «Образование», «Технический сборник», «Электротехника», «Электричество», «Американский инженер» (на английском языке). В училище важное внимание уделялось не только образованию, но и воспитанию. Об этом свидетельствует и периодика, которая выписывалась на библиотеку. Это «Русская школа», «Вестник воспитания», «Самообразование», «Россия». В училище преобладали сугубо технические дисциплины. Тем не менее, среди подписных изданий были немало имелось и гуманитарного направления: «Исторический вестник», «Нива», «Вестник Европы», «Новый журнал иностранной литературы», «Художественное сокровище России». Для общего развития были выписаны «Новое время», «Русские ведомости», «Журнал для всех», «Спутник здоровью», «Мир Божий», «Церковный вестник» с приложением, «Петербургские ведомости», «Русские ведомости», «Северный край» (газета, которая издавалась в Ярославле, и была «не рекомендована» к выписке государственными учебными заведениями), «Юный читатель», «Родник», «Детские чтения с педагогическим листом», «Всходы». Стоимость годовой подписки каждого из изданий колебалась от 2 рублей («Юный читатель») до 17 рублей («Новое время», «Санкт- Петербургские ведомости»). Подписка осуществлялась за счет процентов с капитала Н.П. Пастухова и специальных средств. Читатели библиотеки имели каждый свою карточку, где записывались взятые для чтения газеты, журналы, литература и учебники.

Внешкольная деятельность

Главным праздником для преподавателей, сотрудников и учащихся училища и школы был день официального открытия ремесленного училища и школы — 26 ноября по старому стилю. Этот день традиционно начинался с молебна, за которым следовал общий завтрак. После этого весь коллектив отправлялся в Волковский театр на специально заказанный утренний спектакль. Все расходы оплачивались за счет спецсредств училища. В 1906 году, например, на эти цели было израсходовано 150 рублей.

В течение учебного года преподаватели и учащиеся обычно до трех раз посещали спектакли Волковского театра за счет училища.

С первых лет своего существования стало хорошей традицией устраивать вечера в честь классиков русской литературы. В 1902 году такие вечера были организованы по случаю 50-летия со дня смерти Н.В. Гоголя, 25-летия пятилетия со дня смерти Н.А. Некрасова. После занятий, как правило, отсуживались панихида, а затем в актовом зале училища устраивался вечер. Со сцены сначала звучал рассказ о биографии писателя, подчеркивалось значение его творчества. Затем следовали отрывки из произведений писателя, а также небольшие композиции по мотивам его наиболее известных трудов. В начале ХХ века среди учащихся различных типов учебных заведений Ярославля и губернии были очень популярны так называемые «живые картинки». Они являли собой постановки наиболее интересных сцен, в частности с наиболее памятными монологами. В ходе представления внимание сосредотачивалось на костюмах и манере поведения героев. Одной из причин их популярности было и то, что на женские роли обычно приглашались ученицы родственных учебных заведений, что вызывало особую заинтересованность как у тех, кто был на сцене, так и среди тех, кто являлся зрителями.

За небольшую плату в 15 копеек для учащихся в самом училище показывались «картины живой фотографии», проводились лекции с «туманными картинками», обычно из серии «Путешествия по миру». «Туманными картинами» назывался показ иллюстраций через эпидиаскоп, где источником света обычно служила свеча, пламя которой колебалось, от чего изображение получалось расплывчатым, «туманным». Во внеурочное время регулярно организовывались экскурсии, как правило, на профильное производство. Это касалось и ярославских производств и расположенных в других городах и в сельской местности. Учащиеся были постоянными посетителями выставок «Северного края», где экспонировались и их работы. Всего за учебный год организовывалось в среднем не менее 7 экскурсий.

Лучшие выпускники сразу получали работу

В мае месяце в училище и школе проходили выпускные экзамены. Как правило, они начинались с закона божьего. Главным был экзамен по специальности. Подготовка к нему начиналась еще в сентябре, когда третий класс только приступал к занятиям в свой последний год обучения. Каждый из будущих выпускников получал практическое задание на изготовление какого — либо изделия в качестве выпускной работы по специальности. Иногда это были станки, например, сверлильный, быстроходный или круглые пилы по дереву с приводом и т.д. Конструировали свой станок учащиеся на основе собственных чертежей, а затем изготовляли детали и, наконец, собирали действующий станок. Обычно это поручалось 3-5 учащимся. И экзамен, поэтому, сводился к показу своего станка в действии и ответы на вопросы комиссии.

Ее членами были преподаватели дисциплин во главе с директором, а также «гости» — специалисты ярославских фабрик и заводов, представители руководящих структур МНП, губернии и т.д. Так, на экзамене по физике 22 мая 1903 года (первый выпуск!) присутствовал сам министр народного просвещения Т.Э. Зенгер. После экзамена он осмотрел училище, мастерские и «выразил полное удовлетворение» увиденным и услышанным. В этом же году училище посетил окружной (из Москвы) инспектор промышленных учебных заведений Н.Ф. Рудольф. Очень часто на экзаменах по специальным дисциплинам присутствовал старший фабричный инспектор Ярославской губернии Л.А.Кошлаков, начальник железнодорожных мастерских (современное ЯРЗ), директор ЯБМ А.Ф. Грязнов, директор Прохоровской мануфактуры (Москва) и другие руководители крупных фабрик и заводов. Именно здесь они отбирали для своих производств квалифицированных специалистов. Выпускники получали распределение на заводы Пастухова, Ярославскую Большую мануфактуру, Понизовкина, Локалова, главные железнодорожные мастерские и т.д. Здесь они работали в качестве бригадиров железнодорожных мастерских, помощниками машиниста и машинистами, монтерами, телеграфистами, чертежниками, смотрителями на прядильных фабриках, машинистами паровых котлов, в мастерских Ярославского трамвая и т.д. При этом получали они, как правило, весьма достойную заработную плату. Все это свидетельствует об очень высокой квалификации выпускников училища, которое правомерно считалось одним из лучших в России.

В структуре училища был и магазин со складом для реализации населению изделий, изготовленных самими учащимися во время их учебных практических занятий в мастерских, а также как выпускные, «защищаемые» на экзаменах машины и оборудование. Покупателями были фабрики и заводы Ярославля и губернии, подобные технические училища, местное население. Особенно большим спросом пользовались орудия труда сельскохозяйственного назначения. Очень высокое качество продаваемых изделий было неоднократно подтверждено самыми высокими наградами, дипломами, медалями на международных, общероссийских и региональных выставках.

В годы первой мировой войны

Вскоре после начала учебного года совет уже рассматривал поступившее распоряжение «об организации шестнадцатичасовой (в две смены) работы в мастерских по исполнению военных заказов». Для этого требовалось даже прекратить учебные занятия, а свободных от своих уроков преподавателей рекомендовалось привлечь к наблюдению за работой учащихся в мастерских). Но скоро последовало неожиданное на первый взгляд предложение учащихся третьего выпускного класса о необходимости сохранения классных занятий. Мотивировалось это тем, что экзамены никто не собирался отменять, требования к их подготовке тоже. Поэтому в свободное от работы время были организованы по два урока в день, а в субботу – пять: в этот день останавливался двигатель, приводящий в движение все машины и механизмы для обязательной профилактики. Таким образом, несмотря на трудности военного времени, учащиеся продолжали получать необходимые теоретические знания по специальности.

На режим работы училища и школы немаловажное влияние оказало и то, что половину классных комнат стал занимать 104 эвакуационный лазарет. Эта вынужденная мера стала практиковаться в российской истории еще с отечественной войны 1812 года.

6 февраля 1917 года на базе Пастуховского училища были открыты курсы для увечных воинов, пришедших с войны. Принимали только тех кто «умел читать, считать, знал четыре действия арифметики». Существовала четко прописанная программа, по которой занятия должны были проводиться ежедневно, по 6 часов, из которых один час уделялся на классные занятия, а 5 часов для работы в мастерских. По 55 часов выделялось для изучения основ арифметики, геометрии, технологии материалов (по специальности). Важное внимание уделялось умению чертить и «читать» чертежи. Для этого давалось 100 часов. Но главное внимание уделялось практическим работам в мастерских – 875 часов. Казна выделяла деньги на оплату труда заведующему курсами – 200 рублей в месяц при готовой квартире за счет училища, преподавателям за все уроки выплачивалось 630 рублей, а руководителям практических работ 1750 рублей.

От училища — к университету

Училище Пастухова имело все перспективы стать университетом или высшим техническим училищем, о чем не раз шел разговор на заседаниях городской думы в 1916 году. Начиная с 1911 года, шли серьезные разговоры о необходимости открыть в Ярославле университет. Благодаря активной поддержке министра народного образования графа Игнатьева, вопрос об открытии ярославского университета в 1916 году был почти предрешен, и поэтому на заседании городской думы это обсуждение приняло достаточно конкретный характер, с реальными предложениями. Не исключался вариант и открытия высшего специального технического училища. Так, с подачи гласного В.В. Дунаева, крупногоярославского купца и промышленника, городская дума обсуждала этот вопрос на заседании 25 октября 1916 года. В частности, в протокол было записано: «Для поднятия отечественной промышленности нужны люди, получившие специальное техническое образование и поэтому необходимо возбуждение ходатайства о преобразовании низшего технического имени Пастухова училище в специальное техническое училище».
В Ярославле был образован комитет по учреждению университета. Было объявлено о создании фонда частных средств в один миллион рублей для его открытия. Одним из первых, 6 октября 1916 года, заявил о своей поддержке открытия университета в Ярославле и передаче на это ста тысяч рублей председатель правления «Торгово-промышленного товарищества Н.П. Пастухова Наследники» Сергей Николаевич Пастухов. Вслед за ним это сделали представители промышленности, банков, просто частные лица.

Но в декабре 1916 года П.Н. Игнатьев был снят с должности, и хотя еще до августа 1917 года вопрос об открытии университета в Ярославле обсуждался, что можно проследить по документам, октябрь 1917 года, изменивший ход мировой истории, не позволил воплотить многое из того, что было уже практически решено.

В январе 1907 года педагогическим советом были приняты «дежурные» решения на основании рекомендаций Министерства народного просвещения. Они касались запрещения каких-либо несанкционированных начальством училища «концертов, публичных спектаклей, литературных чтений» и так далее, как в учебное, так и в не учебное время. В отчете за 1906 – 1907 учебный год среди «главных нарушений за 1906 год» учащимися отмечается: шалость в мастерских, посещение летнего театра (располагался на Казанском, ныне Первомайском бульваре), и последнее, видимо, по значимости, пение революционных песен во время перемен.

В эти годы педагогический совет училища предпринимал, как правило, пропедевтические (предотвращающие) меры к недопущению участия учеников в различных несанкционированных властями мероприятиях. Так, например, несколько раньше обычного закончились учебные занятия в 1905-1906 учебном году, в конце апреля. Кроме того, в целях изоляции учащихся от возможных беспорядков летом 1906 года традиционная производственная практика проходила не столько на предприятиях города, сколько во всей губернии.

Ярославль являлся одним из центров старообрядчества в Верхнем Поволжье. В городе и его округе, не говоря уже об уездах, особенно заволжских, это течение находило своих активных последователей. Поэтому неудивительно, что их дети испытывали затруднения при поступлении в различные учебные заведения, в том числе и в Пастуховское училище. Еще в ноябре 1903 года Большой Священный Синод принял решение «о необязательном для раскольниковских сектантов учить и сдавать закон Божий». Это касалось как приемных, так и выпускных экзаменов во всех учебных заведениях. Но оно «затерялось» в недрах канцелярии министерских ведомств. Революционные события 1905 года, охватившие всю Россию, особенно в октябре 1905 года, заставили учебное начальство форсировать решение этой проблемы.

26 октября 1905 года это решение Синода активно и заинтересованно обсуждалось на заседании педагогического совета училища. 17 октября 1906 года совет рассматривал вопросы, связанные с реализацией этого вопроса Синодом. На основании рекомендаций, полученных от МНП и от попечителя московского учебного округа, было установлено, что старообрядцев принимать в училище без экзаменов по закону божьему. Для этих учеников устраивать занятия «по правилам их вероучения». Для этого приглашать преподавателей по рекомендации. Оплата труда этих проповедников должна была осуществляться за счет родителей учеников или средств общины».

Проследить реализацию этого решения педагогического совета пока не удалось. В отчетах по успеваемости за все учебные годы неизменно отмечается, что в училище и школе стопроцентная успеваемость по закону Божьему.

В годы первой мировой войны

Ярославская губерния находилась далеко от фронтов. Но их воздействие ощутили все слои населения, в том числе и учащиеся. Вскоре после начала учебного года педагогический совет училища уже рассматривал поступившее распоряжение «об организации шестнадцатичасовой (в две смены) работы в мастерских по исполнению военных заказов». Для этого требовалось даже прекратить учебные занятия, а свободных от своих уроков преподавателей рекомендовалось привлечь к наблюдению за работой учащихся в мастерских. Но скоро последовало неожиданное, на первый взгляд предложение учащихся третьего выпускного класса о необходимости сохранения классных занятий. Мотивировалось это тем, что экзамены никто не собирался отменять, требования к их подготовке тоже. Поэтому в свободное от работы время были организованы по два урока в день, а в субботу — по пять. Связано это было с тем, что в этот день останавливался двигатель, приводящий в движение все машины и механизмы для обязательной профилактики. Таким образом, несмотря на трудности военного времени, учащиеся продолжали получать необходимые теоретические знания по специальности.

На режим работы училища и школы немаловажное влияние оказало и то, что половину классных комнат стал занимать 104-й эвакуационный лазарет. Эта вынужденная мера стала практиковаться в российской истории еще с отечественной войны 1812 года, когда впервые под лазареты и госпитали были отданы помещения практически всех существовавших тогда учебных заведений.

В годы войны из учащихся старших классов различных учебных заведений формировались ученические дружины для оказания помощи «земледельческому» населению. Но в документах и материалах Пастуховского училища пока не обнаружено конкретных указаний на подобные формирования. Связано это было, по всей вероятности, с тем, что учащиеся были уже заняты на производстве военной продукции, в течение всего практически учебного года, т.е. так как летняя производственная практика также проходила в училищных мастерских . В годы войны производилась массовая мобилизация трудоспособного мужского населения в действующую армию. Только по Ярославской губернии было призвано свыше 20 тысяч рабочих. Это вызывало острую потребность в подготовке квалифицированной рабочей силы. Своим циркуляром попечитель московского учебного округа предписал допустить в качестве практикантов в ремесленные мастерские взрослых. Указывалось, что они могут быть допущены к практическому усвоению основных навыков работы по всем специальностям, по которым шла подготовка в училище. А это было столярное, модельное, кузнечное, линейное, литейное, слесарное дело, эксплуатация машин и механизмов. Сроки практических работ при этом не оговаривались, лишь указывалось, что зависеть они будут от успехов. При этом подчеркивалось, что все это отдано на усмотрение администрации училища и зависело лишь от наличия свободных мест.

По окончании практических работ для обучавшихся по специальностям не предусматривалось никаких выпускных испытаний и, как следствие, особых прав. Ни одна война не обходится без жертв. Одним из ее последствий является появление большого количества «увечных воинов», которые в связи с этим были демобилизованы из действующей армии. Правительство предпринимало необходимые меры для возможно более успешного нахождения себя в жизни для этой категории населения. В этих целях, на основе распоряжений министерства народного просвещения и циркуляра попечителя московского учебного округа создавались краткосрочные курсы подготовки данных лиц для их активного участия в жизни страны.

6 февраля 1917 года, после рассмотрения этого вопроса на заседании совета, на базе Пастуховского училища были открыты курсы для увечных воинов. Они в корне отличались от ранее существовавшей подготовки рабочих по специальностям, предлагаемых училищем. Прежде всего существовало условие: принимали только тех кто «умел читать, считать, знал четыре действия арифметики». Существовала четко прописанная программа, по которой занятия должны были проводиться ежедневно, по 6 часов, из которых один час уделялся на классные занятия, а 5 часов для работы в мастерских. По 55 часов выделялось для изучения основ арифметики, геометрии, технологии материалов (по специальности). Важное внимание уделялось умению чертить и «читать» чертежи. Для этого давалось 100 часов. Но главное внимание уделялось практическим работам в мастерских – 875 часов. При этом, как не удивительно, дополнительных расходов не требовалось: общежитие не предлагалось, питание – за свой счет – кто что принесет с собой. Казна выделяла деньги на оплату труда заведующему курсами – 200 рублей в месяц при готовой квартире за счет училища, преподавателям за все уроки выплачивалось 630 рублей, а руководителя практических работ 1750 рублей.

Жизнь внесла некоторые коррективы в организацию курсов. Во-первых, увеличился срок обучения: вместо трех стало четыре месяца для столярно-модельного и пять месяцев для слесарно-кузнечного отделений с изучением двигателей внутреннего сгорания. Во-вторых, вместо 10 по плану, на каждую специальность набрали по 15 человек.За годы войны быстрыми темпами росла инфляция, что повлекло многократное повышение цен на товары и услуги, но, смета расходов казны оставалась практически неизменной. «Индексация» зарплаты началась лишь с середины 1916 года и, по-видимому, из внебюджетных средств – процентов капитала завещанного Пастуховым (около 160 тысяч рублей), средств от реализации изделий учеников и т.д. В это время произошла прибавка к жалованию преподавателей и сотрудников в размере 25процентов к окладу.

Несмотря на трудности и невзгоды военной поры, коллектив преподавателей и сотрудников, студентов училища достойно выполнял свои обязанности, готовя кадры для отечественной промышленности.

От училища к университету

В 1916 году в ярославской городской думе активно обсуждался вопрос об открытии в Ярославле университета, и вполне серьезно обсуждался вариант преобразовании низшего технического училищ имени Пастухова в специальное техническое училище.

Впервые вопрос об открытии университета в Ярославле был поставлен на повестку дня еще в 1911 году при обсуждении письма нашего земляка, профессора киевского университета Павловского. В своем письме он очень убедительно обосновывал необходимость открытия университета в Ярославле.

Новый министр народного образования граф П.Н.Игнатьев, разрабатывая всестороннюю реформу образования, предложил открыть университет и в Ярославле, что было поддержано советом ярославского демидовского юридического лицея, а затем и ярославской городской думой. Благодаря активной поддержке графа Игнатьева, вопрос об открытии ярославского университета был почти предрешен, и поэтому на заседании городской думы это обсуждение приняло достаточно конкретный характер, с реальными предложениями. Прозвучали на заседаниях думы и другие предложения. В частности, на заседании 20 октября 1916 года гласный (депутат) городской думы С.И. Сущев заявил, что «необходимо открыть высшее специальное учебное заведение для борьбы с немецким засильем в промышленном и техническом отношении. Почему, признавая необходимость открытия филологического факультета — образовательного — и медицинского, при отсутствии в городе, когда нужны специальное и техническое образование». Но другие гласные заявили, что это должна решать другая, не университетская комиссия, а вопрос должен обсуждаться самостоятельно.

Тем не менее, вопрос о высшем специальном техническом училище неоднократно поднимался на заседаниях городской думы. Так, с подачи гласного В.В. Дунаева, крупного ярославского промышленника, городская дума обсуждала этот вопрос на заседании 25 октября 1916 года. В частности, в протокол было записано: «Для поднятия отечественной промышленности нужны люди, получившие специальное техническое образование и поэтому необходимо возбуждение ходатайства о преобразовании низшего технического имени Пастухова училище в специальное техническое училище».

В Ярославле был образован комитет по учреждению университета. Было объявлено о создании фонда частных средств в один миллион рублей для его открытия. Одним из первых, 6 октября 1916 года, заявил о своей поддержке открытия университета в Ярославле и передаче на это ста тысяч рублей председатель правления «Торгово-промышленного товарищества Н.П. Пастухова Наследники» Сергей Николаевич Пастухов. Вслед за ним это сделали представители промышленности, банков, просто частные лица. Но в декабре 1916 года П.Н.Игнатьев был снят с должности без предоставления другой. Это означало победу правых в настроении окружения императора Николая II и застой в реформировании страны. Однако еще до августа 1917 года вопрос об открытии университета в Ярославле обсуждался, что можно проследить по документам.

16 августа 1917 года представителем ярославской городской думы в комиссию при министерстве народного просвещения по вопросу о преобразовании ярославского лицея в университет был назначен ярославский городской голова Сергей Александрович Суворов.

Но октябрь 1917 года, изменивший ход истории, не позволил воплотить многое из того, что было уже практически решено.

Но все эти катаклизмы происходили уже после смерти основателя и Почетного попечителя училища Николая Петровича Пастухова. Скончался Николай Петрович 5 декабря 1909 года

Училище было не просто любимым детищем Николя Петровичиа Пастухова, но и определенным итогом его яркой, насыщенной и деятельной жизни купца, промышленника, мецената. И не случайно именно за этот бесценный дар родному краю, как писали газеты об открытии училища, в 1904 году Николай Петрович Пастухов вместе с детьми именным высочайшим указом, был возведен в потомственное дворянское Российской Империи достоинство.